Е.Ржевская. "Российская Академия Художеств: Истоки Русского Искусства"

Матерал опубликован
в журнале ANTIQ.INFO

http://www.antiq.info/magazine_issue_53/7330.html

http://www.antiq.info/magazine_all_issues/7445.html

http://www.antiq.info/magazine_all_issues/7460.html


Рождение академии связывают с именем императрицы Елизаветы Петровны, хотя идея создания подобного заведения принадлежала еще ее отцу, Петру I. Царь-реформатор хорошо сознавал, что для осуществления его гениальных предначертаний во благо России необходимо не только распространение образования, но и насыщение народной жизни искусством — важнейшим элементом истинной культуры. Воздвигая на берегах Невы новую столицу, Петр I мечтал об академии «трех знатнейших художеств» (живописи, скульптуры и архитектуры) и даже рассмотрел в Сенате «Проект положения об учреждении Академии наук и художеств». Серьезным шагом на пути создания Академии художеств стало основание Рисовальной школы при Санкт-Петербургской типографии. Школу царь называл Академией, и она пользовалась его особым вниманием.

В январе 1724 года Петр I издает именной Указ об «академии, в которой бы языкам учились, также прочим наукам и знатным художествам». В петровские времена «художества» занимали второстепенное место по отношению к наукам. «Им отводилась подсобная роль иллюстратора научных открытий и сведений, публикуемых в научных изданиях. Этим объяснялась установившаяся в первой российской академии иерархия наук и искусств, а также иерархия искусств художественного отделения этой академии, где главное место отводилось гравюре». Возможно, идея создать академию в России родилась у императора российского в тот момент, когда во время визита в Париж он был избран в «бессмертные» члены Королевской академии живописи и скульптуры. В эту пору французская Академия была самой значительной в Европе. Основанная в 1648 году, она была мощным средством развития эстетики и искусства. В указе Людовика XIV был сформулирован главный принцип академии: «Контролируйте образование, и вы будете контролировать стиль». В России XVIII века о подобном приходилось только мечтать. Осуществить свою идею создания Академии художеств Петр I не успел.

Академия художеств была учреждена при Московском университе-те по решению Сената от 6/17 ноября 1757 года. Открытая в 1758 году как «Академия трех знатнейших художеств», Академия художеств была отделена от университета указом от 3 марта 1763 года. Своим созданием Академия художеств во многом обязана куратору университета Ивану Ивановичу Шувалову, одному из самых образованных людей своего времени, который на протяжении всей своей жизни содействовал развитию наук и искусств в России. В 1756 году Шувалов предполагал учредить Академию художеств в Москве. Проект здания академии был заказан известному французскому архитектору Блонделю. Этот план не был осуществлен, но позднее лег в основание Санкт-Петербургской Академии художеств.

В 1757 году фаворит Елизаветы Петровны обер-камергер граф И.И. Шувалов вошел в Сенат с представлением об учреждении в России «Академии трех знатнейших художеств» (живописи, скульптуры, архитектуры), за этим последовал правительственный указ об учреждении собственно Академии. Смысл его заключался в том, что для гармоничного развития русской культуры необходимы не только науки, но и искусства: «…Теперь в Московском университете находясь, много молодых людей, иных склонности более к художествам, нежели к наукам, может некоторая часть уволена быть для сего учения, уча притом языки и другие нужные к тому знания…»

Став президентом Академии художеств, Шувалов быстро наладил преподавание, пригласив из европейских стран высококлассных мастеров. Он обладал завидной способностью находить таланты, умел ценить, уважать и поддерживать их. Первым из приглашенных прибыл знаменитый придворный берлинский гравер Георг-Фридрих Шмидт, вызванный совместно Академией художеств и Академией наук. В феврале 1758 года приезжает из Парижа скульптор Николай Жилле, а в марте того же года, с прибытием живописца Лоррена и его помощника рисовальщика Моро, в академии начинаются регулярные занятия.

По инициативе Шувалова в число первых преподавателей академии были включены замечательный французский художник Жан-Луи Девельи и чрезвычайно популярный в середине XVIII столетия в Европе живописец Пьетро Ротари. В 1758 году в Академию художеств принимаются первые почетные члены: граф Александр Сергеевич Строганов и граф Андрей Петрович Шувалов. Уже с конца 1770-х годов в академии стали преподавать русские педагоги — А. Лосенко, М. Козловский, Е. Чемесов, А. Акимов и многие другие. Шувалов разработал принципы приема в академию. Ни возраст, ни происхождение кандидатов при зачислении в академию роли не играли — ставка делалась на талант. Первый набор учеников состоялся в 1758 году: из воспитанников гимназии при Московском университете отобрали шестнадцать студентов в возрасте 14–17 лет. Самому старшему из них, Баженову, было уже двадцать. В Петербурге набирают еще двадцать мальчиков, в основном «из солдатских детей».

В 1761 году Шувалов писал в Дворцовую канцелярию о том, что «находится при дворе Ее императорского величества истопник Федот Иванов сын Шубной, который своей работой в резьбе на кости и перламутре дает надежду, что со временем может быть искусным в своем художестве мастером». Поэтому Шувалов просил дворцовое ведомство отпустить Шубного в Академию художеств, чтобы он «в содержание причислен был… где надежно, что он время не напрасно и с лучшим успехом в своем искусстве проводить может». Так в России появился выдающийся скульптор Федор Шубин. В 1766 году Шубин окончил Академию и как лучший выпускник получил первую золотую медаль и «аттестат со шпагою», давший ему первый офицерский чин и дворянство. Такая оценка способствовала укреплению веры человека в свои силы и в социальную значимость таланта. Шувалов также разработал положение о системе пенсионирования. Окончившие академию с золотой медалью направлялись в Европу на три года за казенный счет для усовершенствования мастерства. В марте 1760 года был проведен конкурсный экзамен, а в сентябре ученики академии живописец Лосенко и архитектор Баженов уже отправились за границу. Как пенсионеры академии они получали по 400 рублей в год каждый.

В 1762 году на престол взошла императрица Екатерина II, но государственная политика по отношению к академии не переменилась. На место И.И. Шувалова был назначен И.И. Бецкой, действительный тайный советник, один из самых ярких людей екатерининской эпохи, меценат, немало сил положивший на создание и развитие воспитательных учреждений России. Как и Шувалов, он был увлечен идеями французских философов-гуманистов. Президентскую должность в Академии художеств Бецкой занимал больше тридцати лет, с 1763 по 1794 год.

Екатерина II посетила академию 8 июля 1764 года и повелела составить проект «приличного» для академии здания. В том же году 4 ноября она утвердила «Привилегии и устав императорской Академии трех знатнейших художеств: живописи, скульптуры и архитектуры с воспитательным при оной Академии училищем», определившие статус, структуру и штат Академии художеств. Среди главных задач академии значилось: «воспитывать новое поколение Отцов и Матерей нравственно совершенных». Императрица уделяла академии много внимания. Она не только часто посещала учебное заведение, но и присутствовала на занятиях, и справлялась об успехах учеников. Заметно возрос и общественный интерес к академии. Бецкой реорганизовал программу, ввел в обучение ряд новых предметов. Главным руководящим органом стало Академическое собрание, которое решало все вопросы (художественные, педагогические, административные, финансовые, хозяйственные) деятельности академии.

Академия содержалась на средства казны и соединяла в себе собственно академию и художественное училище. Управление осуществлял директор, у которого хранилась большая академическая печать. Директора избирали из числа ректоров каждые четыре месяца, но не более трех раз подряд, в его обязанности входил надзор за общим порядком в Академии художеств, воспитанием и обучением. В училище принимались мальчики всех сословий пяти-шести лет (с этого возраста Бецкой считал возможным начать воспитывать достойных граждан отечества), и в течение девяти лет их учили общеобразовательным дисциплинам, а также копированию гравюр и рисунков. Наиболее способных переводили в специальные классы и в течение шести лет из них готовили скульпторов, живописцев, граверов и архитекторов. Художественные предметы преподавали академики. В Академии художеств были запрещены телесные наказания. В своем письме опекунскому совету академии (1784) Бецкой писал: «…человек, почитая себя человеком, не должен допускать поступать с собою, как с животным». Сам Бецкой любил театр и старался передать эту любовь своим воспитанникам. При Академии художеств был открыт театр, в котором играли учащиеся (они же изготовляли и декорации к спектаклям). Часто устраивались балы, иллюминации, живые картины. Музыкальное образование воспитанников включало обучение игре на клавесине, скрипке, виолончели, музыкально-теоретические дисциплины и пение. Были сформированы ученический оркестр и хор воспитанников училища.

Музыкальные дисциплины преподавали лучшие педагоги. Игре на скрипке учил Иван Евстафьевич Хандошкин (1747–1804) — первый выдающийся скрипач-виртуоз; он играл также на альте, балалайке, семиструнной гитаре, обладал исключительным техническим мастерством и неповторимым даром импровизации. Учителем пения в академии был Василий Алексеевич Пашкевич (1742–1797) — один из крупнейших русских композиторов XVIII века, известный скрипач и дирижер. Музыкальными классами руководил Г.Ф. Раупах (1728–1778), немецкий композитор, автор многих опер и балетов, мастер игры на клавесине. С академией был связан известный итальянский музыкант Маттео Буини — преподаватель пения и игры на клавесине. Среди выпускников Академии художеств есть несколько имен, поистине составивших славу русской музыки XVIII века. В первую очередь это Евстигней Ипатович Фомин. Он закончил академию в 1782 году, пройдя школу Раупаха, Буини, Сартори, затем учился три года в Италии, в Болонской филармонической академии, а в 1785 году его избрали членом этой академии. Он создавал оперы на либретто Екатерины II, Н.А. Львова, И.А. Крылова, И. Иванова, и они заняли достойное место в формировании русской национальной оперы. При И.И. Бецком на берегу Невы началось строительство академического здания по проекту французского архитектора Ж.-Б. Вал- лен-Деламота (он был и среди первых педагогов-европейцев) и рос- сийского зодчего А.Ф. Кокоринова. Торжество «заложения нового для Академии художеств строения» было назначено на 28 июня 1765 года — «день всерадостного восшествия на престол» императрицы Екатерины II. К этому же дню была приурочена закладка академической церкви. Новое грандиозное здание Академии стало выдающимся памятником русского зодчества. В проекте было учтено важное в гра- достроительном отношении местоположение на берегу Невы. В мо-нументальных корпусах расположились парадные залы, учебные мастерские, кабинеты чиновников, квартиры педагогов и служа- щих, спальни воспитанников, многочисленные хозяйственные служ- бы. Специальные помещения предназначались для академическо- го музея и библиотеки, которые начали формироваться еще при И.И. Шувалове. Академия художеств создавалась как центр подготовки художни- ков и архитекторов, предполагалось, что в дальнейшем из их среды будут формироваться и основные преподавательские силы. При Шувалове в академии сложилась система преподавания, сохранявшаяся полтора столетия.

В основу педагогической системы Академии художеств в XVIII– XIX веках были положены принципы, выработанные Королевской академией живописи и скульптуры в Париже, однако во многом она ориентировалась на деятельность итальянских академий, прежде всего — Болонской. При Шувалове и Бецком академия воспитала многих выдающихся мастеров эпохи классицизма. И.И. Шувалов передал для нужд воспитанников значительную часть своего собрания произведений западноевропейского искусства и книг. Бывая за границей, он приобретал античные скульптуры и заказывал их слепки. Академия и теперь хранит эти раритеты. В его коллекции были полотна Рембрандта, Ван Дейка, Пуссена, Тинторетто, Веронезе, Джордано, Гверчино, Бассано, Дженовезе, Лотто, портрет Рафаэля кисти Перуджино.

Для академической библиотеки были приобретены выдающиеся теоретические труды: «Два правила практической перспекти-вы» Д.Б. Виньолы, изданные в Болонье в 1583 году, «Анатомия тела человека» на латыни А. ван дер Спигеля, вышедшая в 1627 году в Венеции, труды П. Гонзаго на французском, опубликованные в Петербурге в 1807 году. Воспитанники рисовали круглый год ежедневно, от 2 до 4 часов, в зависимости от возрастов. Практическое освоение рисунка начиналось с простейших элементов. Тренировка заключалась в выработке четких разнообразных линий и изображений геометрических форм от руки, без применения линейки, циркуля и других измерительных инструментов. После обретения первых навыков рисунка приступали к копированию с гравированных таблиц деталей человеческой головы и фигуры.

Методика занятий строилась на последовательном преодолении трудностей, связанных с изображением фигуры человека. На данной стадии обучения у учащихся развивалось чувство пропорций, точность глаза, они обретали опыт владения карандашом, сангиной и другими материалами. Образцы для копирования брались из различных иллюстрированных руководств по рисованию Прейслера, Жомбера, Кузена и Одрана. Воспитанники копировали и эстампы, гравированные искусными мастерами резца с рисунков и картин Паризо, Рафаэля, Тинторетто, Карраччи. Для этой же цели использовались подлинные рисунки Ванлоо, Буше, Бушардона, Греза. Об этой методике преподавания ректор академии Ф.И. Иордан скажет в начале XX века: «При многих недостатках образования в старой Академии художеств учащиеся в ней приобретали большее, едва ли не главное знание — серьезное умение рисовать. Для художника вообще, а для гравера особенно, знание рисунка и твердость руки так же необходимы, как для писателя знание правил грамматики, изучение свойств и особенностей языка». Однако еще до Иордана очень образно и точно об этом говорил своим ученикам великий русский художник и профессор К.П. Брюллов: «Надо начать рисовать с младенческого возраста, чтобы приучить руку передавать мысль и чувства, подобно тому, как скрипач передает на скрипке то, что чувствует». Важное значение в процессе обучения приобретали классы «гипсовых голов» и «гипсовых фигур», где рисовали со слепков античных статуй. Эти занятия способствовали развитию мышления учащихся, достижению монументальной строгости и композиционной простоты, естественности в изображении человека. Непревзойденные образцы классической древности являлись для юного мастера фундаментом художественного видения действительности.

Позже, уже работая в натурном классе, учащийся обязан был поправлять, облагораживать натурщиков сообразно тем канонам красоты и гармонии, которые он познал, изучая античные образцы. Художественные приемы не выходили за рамки всеми признанных правил, выраженных, в частности, в уравновешенных композиционных решениях и в идеализации запечатлеваемых образцов. В России в XVIII веке работа с натуры была основой академической школы. В произведениях, показывающих идеально сложенных натурщиков, отражалась ориентация на высокую мировую классику. Физическое совершенство в гармонии с нравственным в полной мере отвечало принципам эстетики классицизма. В 1794 году на пост президента Академии художеств вступил граф А.И. Мусин-Пушкин — тайный советник, обер-прокурор Святейшего Синода. Он был знаменитым коллекционером, собравшим ценную библиотеку старинных рукописей, в составе которой было и «Слово о полку Игореве». Мусин-Пушкин выделил из собственного жалованья сумму на поощрение лучших работ членов академии, которые представлялись «для всенародного обозрения ко дню ежегодного открытия Академии художеств в июле»; представленные работы возвращались каждому. Он был на президентском посту недолго, всего три года, после чего его сменил тайный советник и французский дипломат Шуазель-Гуфье. Граф Шуазель-Гуфье был знатоком античности, автором литературных трудов и научных исследований по истории древней Греции. Однако он сразу поставил своих подчиненных в затруднительное положение: новый президент не знал русского языка и все бумаги дополнительно приходилось переводить. Президентство Шуазель-Гуфье отмечено как время явного предпочтения, оказываемого иностранцам в ущерб русским художникам и мастерам. Современники считали, что он мало вникал в дела и нужды академии. Лучшее, что было сделано при нем, — это учреждение класса бесплатного рисования «для вольноприходящих людей всякого звания». В 1800 году он покинул пост президента Академии художеств, используя первую же возможность вернуться на родину.

Время расцвета классицистической Академии художеств, ее «золотой век» справедливо связывают с тем периодом (с 1800–1811), когда президентом был граф А.С. Строганов — известный в России меценат и знаток искусства. Он привлек к работе в академии лучшие художественные силы России. Важным для академии событием было прибавление ей новых штатов, в школу начали набирать учеников восьми-девяти лет, а срок обучения сократили до двенадцати лет. Роль академии в этот период особенно возросла. Возведение «памятников славы отечественной» и публичных зданий стало возможным только с одобрения академии. Академическим художникам было отдано предпочтение перед другими, в том числе иностранными. Большое внимание уделялось провинции. В Арзамасе была открыта школа А. Ступина — живописца, выпускника академии, удостоенного звания академика. Граф Строганов слыл человеком мягким, добрым и щедрым, он был настоящим президентом-меценатом от сердца и души. Он охотно давал пособия и награды служащим академии и всячески старался поддержать художников. За исполнение для Казанского собора живописи и скульптуры он как председатель строительной комиссии щедро платил художникам.

Славу Отечества в этот период составили выпускники академии: живописцы (Егоров, Шебуев, Кипренский, Варнек, Венецианов), скульпторы (Кащенко, Пименов Старший), архитекторы (братья Михайловы, Захаров и Воронихин). Многие русские художники в этот период удостоились звания римских академиков. Перед великой силой искусства стираются даже сословные предрассудки. Но если в свое время Федор Шубин получил дворянство как выдающийся скульптор, то в строгановский период непростой путь художника выбирает аристократ — граф Ф.П. Толстой. К этому весьма негативно отнеслось русское дворянство, и «художники с негодованием относились к дворянам, посвящающим себя искусству. Смотрели с каким-то негодованием, как на лицо, оскорбляющее и унижающее их своею страстью к искусству, особенно скульптор Мартос с насмешкой и пренебрежением говорил о моем желании быть одновременно графом, военным и художником». Однако талант победил — граф Федор Толстой стал выдающимся медальером, впоследствии вице-президентом Академии художеств. Соотечественники говорили о нем: «Дом его и воздух, который, кажется, пропитан влечением к искусству, был постоянно высшей школой для художников».

В первые годы XIX века президентом академии стал А.Н. Оленин, статс-секретарь, действительный тайный советник, заступивший на пост в 1817 году, вскоре после войны 1812 года. Оленин стремился к тому, чтобы академия стала настоящим храмом искусства. При нем в 1820 году было открыто Общество поощрения художеств, целью которого было помогать русским художникам в развитии их таланта и прививать вкус публике. За счет общества были отправлены за границу братья Брюлловы и Александр Иванов. Оленин заказывал за границей копии с произведений античного искусства, а уже имеющуюся в академии скульптуру хранил в строгом порядке; завел «Рюсткамеру, или костюмерную палату», для чего пожертвовал свое собрание оружия и костюмов. Он возродил театрально-музыкальные вечера, на которых бывали И.А. Крылов, Н.И. Гнедич, К.Н. Батюшков. За время его правления коллекция академии значительно увеличилась за счет частных собраний (графа В.Г. Орлова, графа В.В. Мусина-Пушкина-Брюса и других меценатов).

В 1829 году Академия художеств, попавшая в ведение министерства императорского двора, провела ряд реформ. Это произошло во многом благодаря тому, что император Николай I был большим ценителем искусства и взял академию под свое покровительство. Он внимательно следил за деятельностью и успехами как воспитанников, так и самостоятельных художников и руководил ими лично. Вся деятельность академии буквально проходила у него на глазах. Император говорил: «Я рад поддержать таланты и деньгами, и отличиями, только бы трудились, а не ленились». С 1840-х годов вплоть до Февральской революции 1917 года президентами Академии художеств являлись исключительно члены императорской фамилии: герцог Максимилиан Лейхтенбергский, великая княгиня Мария Николаевна, великий князь Владимир Александрович, великая княгиня Мария Павловна. При Максимилиане Лейхтенбергском в залах академии была открыта первая в истории России выставка произведений из частных собраний, созданы Мозаичное отделение при Академии художеств, Московская художественная школа, появились частные школы в провинции. При великой княгине Марии Николаевне в 1859 году был введен новый Устав, расширивший функции академии. Она организовала выставку редких художественных произведений из императорских дворцов, целью которой был сбор средств на постройку приюта для неимущих художников. Академия с успехом принимала участие в международных и всемирных выставках. Великий князь Владимир Александрович содействовал принятию нового Устава 1893 года и проведению коренной реформы всей системы специального образования.

Многое в жизни академии определяли общая ситуация в стране, расстановка сил в художественной жизни, обострение идеологических противоречий. Однако в основе всех успехов учеников академии лежали безусловный профессионализм, принципы работы с натуры, а также высокое представление о нравственной миссии художника, служении «истине, добру, красоте».

Особенно велика в истории академии роль выдающегося педагога П.П. Чистякова. В 1861 году он окончил курс с Большой золотой медалью, был отправлен пенсионером в Италию и по возвращении стал преподавать в академии. Чистяков высоко ценил мировое классическое наследие, произведения выдающихся отечественных мастеров, особенно А. Иванова, Ф. Бруни и К. Брюллова. В собственной педагогической практике Чистяков опирался на лучшее, что несла в себе отшлифованная не одним поколением последовательная система академического образования. Сохранилось его высказывание: «Нет, искусство все-таки — красота. Конечно, и правда, но правда красивая». Большое внимание Чистяков уделял рисунку. Обращаясь к произведениям мастеров прошлого, педагог подчеркивал, что натура для Тициана или Караваджо — источник не подражания, но творческого поиска: «У нас натурально, а у них лучше». В разное время у Чистякова занимались Репин, Поленов, Васнецов, Суриков, Серов, Врубель, Нестеров, Васнецов, Кардовский — слава отечественного изобразительного искусства. Репин назвал его «нашим общим и единственным учителем». Но в истории академии были и сложные времена. В 1860-е годы в отечественном искусстве появилось новое направление — критический реализм. Его приверженцы вскрывали пороки современной жизни, что было слишком далеко от академических установок; именно тогда слово «академизм» стало воплощением застоя, консерватизма в искусстве. В этот же период произошел знаменитый «бунт четырнадцати».

Осенью 1863 года в конкурсе на Большую золотую медаль, дающую право на дальнейшее обучение за границей, должны были участвовать четырнадцать учеников, имевших малые золотые медали. Среди них были И.Н. Крамской, А.Н. Корзухин, К.Е. Маковский. Отказавшись писать работы на заданные темы из античной мифологии, эти художники потребовали права свободно выбирать сюжеты для конкурсных работ. Их требование не было удовлетворено, вследствие чего они демонстративно покинули академию, попросив все же присудить им звания художников. Просьбу уважили, но за «бунтовщиками» установили негласный полицейский надзор. Выйдя из академии, они образовали «Художественную артель», позднее переименованную в «Товарищество передвижных художественных выставок». Девизом союза провозгласили «демократизм, реализм, народность». Инициаторами выступили ведущие живописцы конца шестидесятых годов: И.Н. Крамской, В.Г. Перов, Н.Н. Ге, Г.Г. Мясоедов и другие. В числе участников были также многие другие талантливые художники 1870-х и 1880-х годов. На первых порах существования «Товарищества» академическое начальство поддерживало новое объединение: первые передвижные выставки открылись в залах академии. «Именно в это время Академия художеств, по выражению одной из газет, «любезно предложила» свои выставочные залы «в распоряжение Товарищества» с условием (весьма бескорыстным и дружелюбным), чтобы служащие академии могли посещать выставку бесплатно. Следующие передвижные выставки 1872–1875 годов экспонировались там же. Великий князь Владимир Александрович предложил объединить академические и передвижные выставки, но его идея была отклонена передвижниками, так как они не желали терять свою творческую независимость.

В противовес реализму академическая живопись продолжала быть тесно связанной с традициями классицизма. К этому времени в ней прослеживается большая палитра тем. Помимо традиционных со времен Возрождения античных и библейских сюжетов появились новые темы, некогда увлекавшие романтиков. В их числе были изображение трагических событий средневековой европейской истории и эпох и Возрождения, а также картины из национального прошлого России. В итоге академизм с его известной красивостью и идеализацией героев сблизился с салонным искусством. Уже на рубеже веков о себе заявляет новый стиль — модерн, затронувший все пластические искусства, и прежде всего архитектуру. В изобразительном искусстве модерн проявил себя: в скульптуре — текучестью форм, динамичностью композиций; в живописи — символикой образов, пристрастием к иносказаниям; в графике — изумительными книжными и журнальными иллюстрациями, где ведущую роль играли изысканная линия и силуэт.

Академия во все времена была центром художественного просвещения, активно влияла на развитие всех видов искусства, проводила выставки и конкурсы. Ее слово было решающим при рассмотрении важнейших архитектурных, скульптурных и живописных проектов для столицы и других городов. Педагоги и ученики академии участвовали в сооружении всех крупных ансамблей того времени, включая Казанский и Исаакиевский соборы, храм Спаса на Крови в Санкт-Петербурге, храм Христа Спасителя в Москве. Забегая немного вперед, отметим, что после восстановления храма Христа Спасителя честь воссоздания его убранства по праву вновь была предоставлена мастерам Академии художеств. Значение Императорской Санкт-Петербургской академии художеств не ограничивалось лишь художественным образованием. При великом князе Владимире Александровиче Академия художеств приняла участие в учреждении Русского музея императора Александра III, передав ценнейшие произведения отечественной школы (картины, рисунки, скульптуры) из своей постоянной коллекции. В этот период многое было сделано для ознакомления Европы с русским искусством.

Тяжело отразились на педагогах и студентах Академии художеств революционные мятежи в России. Осенью 1905 года революционное брожение охватило почти всех студентов Академии художеств. В ответ на это президент распорядился «наглухо заклепать» здание учебного заведения: академия оставалась закрытой целый год. Последним президентом академии из российского императорского дома была великая княгиня Мария Павловна — супруга великого князя Владимира Александровича. Важным актом ее президентства стало дарование нового Устава и штата. Было решено расширить курс преподавания общеобразовательных предметов, чтобы поднять уровень общего развития среди русских художников. Княгиня покровительствовала Обществу архитекторов-художников, патронировала выставку «Ломоносов и Елизаветинское время», состоявшуюся в залах академии, содействовала строительству специального выставочного помещения — «Дворца искусств», и с этой целью добилась для академии в 1912 г. здания бывшей Государственной типографии (ныне это Корпус Бенуа Государственного Русского музея). Великая княгиня покинула президентский пост в 1917 году.

В 1918 году академия была упразднена ленинским декретом Совнаркома и вместо нее появился целый ряд сменявших друг друга учебных заведений. Дольше всех просуществовали Государственные свободные мастерские в Москве. В 1925 году ВХУТЕМАС был преобразован во ВХУТЕИН, в 1932 году вузу был возвращен академический статус, теперь это была Всероссийская академия художеств — высшее учебное заведение.

В 1934 году академию возглавил художник И. Бродский. Ученик И. Репина был талантливым живописцем, признанным классиком ленинской темы и одновременно тонким, лиричным пейзажистом. Он был «этически и политически вполне надежен» — эти слова занес в мандат А. Луначарский, выписывавший Бродскому разрешение на работу в кабинете Ленина. Очевидно, политическая благонадежность во многом была обусловлена тем, что Бродский был в первых рядах выступающих студентов, требовавших демократизации внутреннего распорядка в академии во время первой русской революции. За это в свое время он был исключен из училища, и только заступничество И.Е. Репина и ректора Академии В.А. Беклемишева позволили ему закончить курс. И. Бродский, как и президенты дореволюционной академии, был выдающимся коллекционером, сумевшим собрать более тысячи первоклассных живописных и графических произведений. В его собрании были картины И.Е. Репина, В.И. Сурикова, В.А. Серова, Б.М. Кустодиева, И.И. Левитана, Ф.А. Малявина, С.Ю. Жуковского, А.Н. Бенуа, З.А. Серебряковой, К.А. Сомова, Н.К. Рериха, А.Я. Головина. Исаак Бродский был единственным человеком, которому официально позволили иметь в своей коллекции не только рисунки, картины, акварели мастеров Серебряного века, но и работы эмигрировавших А.Е. Яковлева, Б.Д. Григорьева, М. Шагала. В 1949 году в Ленинграде открыли Музей-квартиру И. Бродского, которая и поныне входит в структуру Российской академии художеств.

После Великой Отечественной войны Постановлением Совета министров СССР от 5 августа 1947 года академия получила всесоюзный статус и разместилась в столице. В ее состав вошли два художественных института (в Москве и Ленинграде), научно-исследовательские институты, музеи и художественные лицеи, а также руководство учебно-методической деятельностью институтов в России и республиках Советского Союза. Несмотря на все перипетии своей судьбы, академии удалось сохранить лучшие традиции художественного образования, заложенные за долгие годы ее истории. Ныне академия с ее творческими, педагогическими, научно-исследовательскими и музейными учреждениями представляет собой уникальную организацию, аналогов которой в мире нет. Ее достижения стали фундаментом художественной жизни России. Ее филиалы и отделения работают в Поволжье, на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке. Под ее эгидой открываются художественные учебные заведения в разных регионах страны.

Получить почетное звание члена Российской академии художеств почитают за честь всемирно известные зарубежные мастера изобразительного искусства. В последнее время особенно наладились связи с Французской академией изящных искусств, а также с Испанской академией художеств, Королевской британской академией, рядом художественных академий Италии. И потому закономерно, что 250-летний юбилей Академии художеств отмечается не только как праздник отечественной культуры, что закреплено специальным указом президента страны, но и как событие мирового значения. В августе 2005 года президентом РФ был подписан Указ «О праздновании 250-летия основания Российской академии художеств». По решению ЮНЕСКО эта годовщина была внесена в число дат, отмечаемых всем человечеством. В числе важнейших вопросов, которые предстоит решить академии, — сохранение академической школы мастерства. Необходимо создать институт исполнительских искусств, чтобы возродить монументальное искусство; есть в планах академии строительство новых музейно-выставочных комплексов, проведение крупномасштабных выставочных проектов в Москве, Санкт-Петербурге, Париже, Риме, Лондоне. Академия планирует провести грандиозную выставку в Гран-Пале, где будет представлено русское искусство начиная с древних времен и до наших дней. К 250-летию Академии художеств прошла выставка в Государственном Русском музее. В залах Манежа в Санкт-Петербурге в июне 2007 года были представлены произведения современных художников — членов Российской академии художеств. Экспозиция учебных и дипломных работ выпускников Московского государственного академического художественного института имени В.И. Сурикова и Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина будет работать в выставочных залах Нового манежа в Москве с 15 октября по 5 ноября.

С такими планами и свершениями Российская академия художеств, продолжая великие начинания Петра I, вступает в новый век. В Париже 9 мая 2007 года в залах штаб-квартиры ЮНЕСКО состоялось открытие персональной выставки президента Академии художеств и Посла доброй воли ЮНЕСКО Зураба Церетели, приуроченной к 250-летнему юбилею Российской академии художеств. «Юбилей — это лишь повод подвести итоги и наметить новые рубежи, — считает Зураб Церетели. — Но судьба академии не может быть никому безразлична, ибо она тесно связана с судьбою всего русского искусства и России».

Елена Ржевская



Возврат к списку

версия для печати