А. Сопоцинская «Бытийный мир» Юрия Злотникова.

С 17 ноября по 6 декабря 2015 года в выставочных залах Российской академии художеств (Пречистенка, 19) прошла запоминающаяся выставка яркого представителя старшего поколения отечественных художников, члена-корреспондента Российской академии художеств Юрия Савельевича Злотникова, со сложным и емким названием «Живопись – анализ психофизиологии человека и отображение его бытийного пространства».

Это событие было приурочено к юбилею мастера и явило собой не традиционный «творческий отчет» за определенный период, но наглядный показ наиболее значимых вех, которыми отмечен путь художника, идей, образов, которые занимали его всю жизнь, имеющих и прикладное значение, и поднимающихся до высот общечеловеческого звучания.

Юрий Савельевич Злотников родился в Москве в 1930 году. Во время войны, в 13 лет, поступил в Московскую городскую художественную школу при Академии художеств СССР. Получив образование, Злотников работал художником на ВДНХ (отсюда идет его интерес к дизайну), проходил стажировку в Большом театре, иллюстрировал книги в издательствах. Сотрудничество с Большим театром, погружение Злотникова в мир музыки во многом определило особенности его искусства и наложило свой отпечаток на художественное видение мастера. Конец 1950-х годов отмечен созданием крупного цикла графических работ, получившего название «Сигнальная система» (1957-1962) и ставшего своего рода «визитной карточкой» Злотникова. Цикл включает сотни графических листов, в которых нашли отражение не только стремление мастера решать творческие задачи на избранном им языке абстракции, сопоставляя и противопоставляя линию, цвет, изучая их взаимодействие, но и его увлечение, казалось бы, мало созвучной изобразительному искусству кибернетикой, а также психологией и философией, с помощью которых Злотников постигал законы воздействия зрительного образа на эмоциональную сферу человека.

Параллельно с абстракциями художник с не меньшей отдачей работал и в фигуративной живописи. Впечатляющая серия «Балаково» (1962) включает в себя живописные и графические работы, выполненные с равной заинтересованностью и вниманием мастера к избранным сюжетам, будь то портреты или пейзажи («Монтажник», «Арматурный завод», «Короткий перерыв»).

Как жанр портрет всегда присутствовал в искусстве мастера, и с годами Злотников стал уделять ему все больше внимания. Но и в портрете художественная манера автора претерпела заметные изменения: если в написанных в 1940-х годах «Старике» и «Женском портрете» излишняя старательность выдает пока еще неуверенную ученическую руку, оглядку на канонические реалистические образцы, то в листе «Сын Павел» (1968) и холсте «Юный художник. Портрет Андрея Репрева» (1970-е) ощутимо проявляется внимание к живописному началу, возможностям цвета выявить эмоциональное наполнение, раскрыть внутренний мир детей.

Этот путь нашел свое логическое продолжение в галерее портретов последующих десятилетий, будь то «Портрет Христины Феофановны Бояджиевой» (1977), «Портрет писателя В. Семина» (1980), «Портрет писателя Игоря Крупника» (1983) и многие другие. Интересно открытие мастера, рожденное его способностью к мышлению циклами, – создание двойных портретов, равных по размерам, избранной технике, схожих по ракурсу, но видеорядом показывающих динамику, мгновенность изменения внутреннего состояния, эмоций героев, столь же реальных, сиюминутных, как в жизни: «Старая учительница» (1970-е), «Портрет А.И. Трояновской» (1975), «Портрет Юрия Альберта» (2015).

Представленные серии – «Москва» (1960-1980), «Крым. Коктебель» (1966-1981), «Люди. Пространство. Ритмы» (1980-е), «Библейский цикл» (1965-1980), – несмотря на внутреннее разнообразие, объединены общим сюжетом, каждая – своим, становящимся для мастера объектом пристального изучения, увиденным Злотниковым в разных состояниях, воплощенным то достоверно-узнаваемо, то абстрактно-отвлеченно, но в каждом олицетворении несущем гуманистические идеи, исповедуемые автором.

Искусство мастера – связующая нить между открытиями художников начала ХХ века, когда творческая мысль свободно развивалась и преодолевала кажущиеся незыблемыми границы, прерванная в последующие десятилетия во времена единообразия, существования в рамках идеологически выдержанных требований к созданию художественных произведений, но возродившаяся в отважном поиске Злотникова, упрямо идущего своим путем, без оглядки на «общепринятое», побеждающего «сопротивление материала».



Возврат к списку

версия для печати